Пулеметчик Сидорчук ближе подвинулся к Жувахе.

—   По-нашему, по-русски: смело и сметливо. А то пя­ток фашистов Жуваху украли. Он как теля на бечеве. И ночь-то темная, и воин опытный… Эх, Жуваха!..— с тоской и болью произнес солдат.

В землянку просунулась взлохмаченная голова, и задорный хриплый голос прервал Савельева:

—   Куда ни глянь — пески сыпучие, озера горькие,- солнце нещадное.

Вера принялась укладывать бинты в сумку.

Медицинская сестра Вера, склонив голову, вслуши­валась в разговор.